Намесково

Модератор: Алексей Крючков

Намесково

Сообщение Андер » 30 сен 2022, 10:45

Предложили написать кое-что о селе Намесково. Историческое село в Бежецком районе. Даже статьи подкинули. спс за предоставленные материалы.

Ладно, тогда начнем понемногу материал выкладывать.

Сначала короткая справка. Сейчас это село называется "опустевшим" оказывается местных жителей там уже нет. :roll:

Намесково — опустевшее село в Бежецком районе Тверской области. Входит в Моркиногорское сельское поселение.


Село находится в 14 км на восток от центра поселения села Моркины Горы и в 48 км на юг от районного центра Бежецка.

История
В 1811 году в селе была построена каменная Троицкая церковь с 3 престолами.

В конце XIX — начале XX века село входило в состав Моркино-Горской волости Бежецкого уезда Тверской губернии.

С 1929 года село являлось центром Намесковского сельсовета Бежецкого района Бежецкого округа Московской области, с 1935 года — в составе Теблешского района Калининской области, с 1956 года — в составе Шульгинского сельсовета Бежецкого района, с 2005 года — в составе Моркиногорского сельского поселения.



С недавнего времени село стало известно так называемыми "Бежецкими кругами" - каменные выкладки в центре которых были найдены в большом количестве серебряные допетровские монеты. В основном это были "копейки" царей Федора Иоанновича и Бориса Годунова.

О происхождении всего этого много чего было понаписано. Как всегда без "эзотерики" не обошлось, а также многочисленных фэйковых дилетантских версий. Специалисты , а археологи все же туда добрались, как всегда с большим опозданием, и по причинам, которые от них не зависели, полагают, что монеты - казна какого-нибудь монастыря, которую спрятали там грабители во время Смутного времени. Какой-то отряд "лисовчиков" или "черкесов" или им подобных, которых тогда было много в Бежецком Верхе, припрятал похищенную казну в укромном месте, надеясь вернуться за ней в благоприятное время. Но время....не наступило, возможно все они были перебиты... или уже никогда не могли вернуться на территорию Бежецкого Верха.
Таки осталась казна лежать до "лучших времен", которые наступили где-то в 60 х годах, когда ее обнаружили случайно местные подростки.. типа играли на кругах один споткнулся и зацепил ногой какой-то бугорок , выступавший из земли, а оттуда монетки и посыпались, поскольку кожаный мешок, в котором они находились, совсем уже сгнил .... ну и началось.... почти детективная история. В результате клад был полностью расхищен...поэтому искать бесполезно...Были даже публикации в прессе в конце 80х. И конечно в эпоху "гугла всемогущего" различные версии и истории...

Вот одна из них
https://dzen.ru/media/gruntovik/klad-v- ... 43db3862b4

Немного сократил

Клад в кургане
7 июля 2020

Как всегда, начну с дороги. Дорога к кладу - это звучит.

А идти туда надо было так: по едва различимой тропинке, когда-то пробитой на заросшей мелколесьем просеке, далеко огибая болотины и вырытые кабанами, а потом залитые водой ямы, до поваленной поперек просеки огромной старой осины. Здесь нужно остановиться и рассмотреть справа затесы на стволах окружающих деревьев. Собственно, к этому моменту ты уже готов к чему угодно, особенно если тебе до этого рассказали, что ты должен увидеть.

У затесов предписывалось круто повернуть и метров сто ломиться через сорный дровяной лес строго перпендикулярно просеке. Здесь даже при ярком солнце всегда сумрачно, сыро и вообще тоскливо. Сознание того, что ты находишься в центре очень древнего могильника, добавляет нужного эффекта. Тысячи полторы лет назад, а может быть, и раньше, народ непонятно какой культуры устроил здесь свое кладбище: низкие расплывшиеся холмики, заваленные сверху камнями.

Четыреста лет назад, в правление Бориса Годунова, некто привез сюда и спрятал под камнями одного из курганов несколько кожаных мешков серебряных копеек. Спрятал надежно. Например, я никогда уже не найду это место - там ведь еще и до просеки нужно как-то добраться. А ни сел, ни деревень рядом уже нет. Раньше, то есть, конечно, были. Тем, кто бывает в Тверской области, бывшее село Намесково Бежецкого уезда ничего не говорит?

Тверская губерния, особенно западная ее часть, вдали от Ржева, настолько ныне заброшена и забыта, что даже дачников там по сравнению, скажем, с востоком бывает много меньше. И если бы не местный егерь, которому по долгу службы надо знать все особенности округи и который привел нас прямо на жальник, сами бы мы его не разыскали.

Первый раз курган нашли годах в шестидесятых, когда на месте жутковатого леса были выпасы скота. Кому первому пришло в голову отворотить камни и разгрести землю, докопаться, наверное, можно, но… зачем?

Между тем клад известен. Еще бы: такого объема и такой ценности спрятанная казна! То, что это именно Казна, а не скромное накопление, сомнениям не подвергалось. А вот какая именно - войсковая, разбойничья, городская, - не скажет никто на свете. Начало Смутного времени, Лжедмитрий сидит в Польше, в поместье у Мнишеков, Годунов еще в силе и власти. Правда, к Руси уже подступают голодные годы, но пока жить можно, и какая такая беда, какая опасность заставила кого-то зарыть клад в этом мрачном лесу, останется неизвестным. Хотя догадок много.

.....

Однако, возвращаясь к нашим копейкам, мы на то место все-таки пришли. Небольшая поляна в лесу с рыжей проплешиной глины посередине и разбросанными вокруг камнями. В десяти метрах - еще один курган, а потом еще и еще. Там и в большой и веселой компании было не очень уютно, а уж одному здесь лучше не появляться вообще. Местные, правда, ходили. Таскали отсюда чешуйки бидончиками, детвора кидалась им друг в друга, кто-то отлил из пригоршни копеек окуневую блесну, короче, играли. В итоге большая часть монет расточилась безвозвратно. Лет через десять слухи о кладе, наконец, дошли до соответствующих инстанций. Сюда явилась археологическая экспедиция. От нее остались в лесу грубо сделанные из листов железа сита, сквозь которые пытались просеивать грунт, и большая яма. Сколько-то штук монеток экспедиция увезла, но какая-то - и немалая - часть осталась в слежавшихся выбросах грунта вокруг разрытого кургана, под камнями и в самой, заваленной той же глиной, яме. Уже позже местный нумизмат добирался сюда на тракторе, грузил землю в мешки, увозил домой и там промывал. Из мешка земли он доставал две-три очередные чешуйки. Мне потом удалось их просмотреть - в картонной коробочке их лежало штук пятьдесят. Редкостей не нашлось.

Мне не очень-то верилось, что нам удастся здесь что-нибудь отыскать. Неприветливый чересчур лес, тяжелая мокрая глина, камни эти серые. Даже расчехляться не хотелось. Но мое мнение разделяли не все. На всех у нас было четыре аппарата, а вокруг ямы четко различались как раз четыре больших языка выброшенной глины.

Ну и началось… Учитывая, что никакого металла, кроме серебра, вокруг не было, монетки ловились быстро. Нащупываешь ее катушкой, выкапываешь, проверяешь отвал - еще есть. Проводишь над ямкой - и там тоже имеется. Золотая лихорадка продолжалась около часа, потом все успокоились и стали способны воспринимать шутки. Пришло понимание, что чешуи вокруг много, но, чтобы достать ее, нам придется выполнить такой объем земляных работ, что лучше сюда привезти трех таджиков. Поэтому и работать стали все ленивее и ленивее. И вскоре остановились вовсе. Подсчитали улов - за два часа работы четырьмя аппаратами мы нашли штук сто чешуек, то есть каждые десять минут по монетке. Копейки были трех государей - Ивана Грозного, сына его Федора и сменившего династию Рюриковичей Бориса Годунова.

Но изначально клад был действительно огромен, и как он оказался в этих местах, почему остался невостребованным, нам уже не узнать. Впрочем, с такими загадками мы встречаемся каждый сезон. Пора уже и привыкнуть.

Николай Соловьёв (Михалыч)

А еще вот эта статья , которая наделала много шуму... в свое время. Автор был один из сотрудников Института Археологии СССР.

Литературная газета
24 февраля 1988 г. № 8 (5178). Стр. 13

На разные темы
В редакцию «Литературной газеты»
Сообщаем вам о разрушении частными лицами ценнейших исторических памятников в Бежецком районе Калининской области, о грабительских раскопках на неизученном уникальном могильнике (так называемые «каменные круги») с крупным содержанием драгоценных металлов. Памятник состоит на учете в Управлении культуры Калининского облисполкома и подлежит охране в соответствии с законом, однако продолжает разрушаться самодеятельными кладоискателями. Имена грабителей известны. Археологи Москвы и Калинина, ЦС ВООПИК и представители общественности неоднократно обращались к местным властям с требованиями обеспечить охрану памятника и привлечь к ответственности виновных в его систематическом разрушении и спекуляции находками. На все запросы поступали ответы не по существу или в виде отписок. Просим помощи вашей газеты в спасении уникального памятника. Подробности — в прилагаемой статье археолога Л. Харламова.
Герой Социалистического Труда, академик В. РЫБАКОВ

Александр Харламов, археолог.


Бежецкий детектив

Археологи настороженно относятся к контактам с прессой. Надоели набившие оскомину штампы о «заговоривших руинах». Но больше всего мы опасаемся, что обыватель, подогретый сенсацией об обнаруженных где-то уникальных находках, схватит кирку и лопату.
Племя жаждущих шальной наживы плодится с каждым годом, и все больше беззащитных памятников разрушается современными вандалами. Самодеятельные кладоискатели зачастую имеют на вооружении землеройную технику и металлоискатели, чего порой не хватает археологам, бесценные памятники гибнут, а варвары, не ведая бессмысленности своих действий, спешат к следующему кургану и лихорадочно уничтожают хрупкие земляные конструкции, видимые и понятные только специалисту.
Законодательство предусматривает наказание за подобное деяние, но вряд ли вы найдете хотя бы один судебный приговор по делу о грабителях исторических памятников. Фемида растерянно молчит, и, пожалуй, уже никто, кроме прессы (да простят меня коллеги-археологи!), не в силах помочь.
Отряд археологов Москвы и Калинина выехал в Бежецкий район Калининской области для разведки памятников и проверки сообщения местных краеведов о существовании там загадочных «каменных кругов», внутри которых окрестные жители вот у же десятки лет якобы находят сотни средневековых серебряных монет. «Круги» действительно были обнаружены. И началась полоса исторических загадок, тесно переплетенная с почти детективной историей.
Во-первых, сам памятник. Мы до сих пор не знаем, что это такое. Достоверно известно только, что существуют кольцевидные выкладки из камней с россыпями серебряных монет внутри. Монеты датируются временами правления царей Ивана III, Ивана Грозного и Бориса Годунова. Поражает количество их. Местные жители рассказали, что у же не первый раз сюда к родственникам заявляется один из бывших жителей села с друзьями и занимается добычей монет, которые затем продает на стороне. Нам рассказали, как самодеятельный кладоискатель похвалялся своей дневной добычей — полторы сотни серебряных монет!
В сельсовете (деревню не называю сознательно, чтобы не подогревать ажиотаж), выразив недоумение в связи с нашим визитом («Что же теперь охрану ставить в лесу?»), все-таки обещали «провести и работу с населением» и сообщить в милицию о набегах кладоискателей. В деревне, где появление постороннего не может остаться незамеченным, утаить очередной «поход» на памятник невозможно. Один звонок из сельсовета в милицию, и грабителей можно было бы взять на месте преступления. Но звонка не последовало! На деле все свелось к невежественному удивлению: «Подумаешь, памятник, тут и без того забот хватает».
Вскоре мы убедились, что о памятнике известно и в райкоме, и в райисполкоме, и в Калининском отделении ВООПИК. Несмотря на полное бездействие властей, мы надеялись, что милиции удастся спасти его остатки. И хотя местные краеведы сильно сомневались в этом, мы однако, написали заявление в ОВД Бежецкого района:
«В связи с тем, что разрушение и разграбление археологических и исторических памятников в Бежецком районе приобретает массовый характер, ограбление памятников явно с целью наживы производятся почти регулярно и, возможно, одной и той же группой, просим принять меры к пресечению деятельности нелегальных кладоискателей, нарушающих советские законы и наносящих непоправимый вред памятникам, состоящим под охраной государства».
Участковый уполномоченный получил задание провести опрос. И сразу же выявился круг лиц, причастных к стихийным разрушениям памятника. Прежде всего это местные жители, но не о них сейчас идет речь, поскольку, движимые скорее любопытством, они сами не ведали, что творили. Важно другое: удалось обнаружить человека, промышлявшего здесь с целью сбыта серебра, — это А. Н. Иванов. Выходец из здешних мест, дважды судимый, он регулярно появлялся на памятнике с группой сообщников. В сентябре они уехали перед самым нашим приездом.
Казалось бы лед тронулся. Но через месяц из милиции стали поступать вопросы: состоит ли памятник на учете, есть ли на него паспорт? Без этого, по их словам, невозможно возбудить уголовное дело. Между тем в Законе РСФСР «Об охране и использовании памятников истории и культуры» сказано: «Все памятники истории и культуры, находящиеся на территории РСФСР, охраняются государством». Все! И еще: «Вновь выявляемые объекты, представляющие историческую научную, художественную или иную культурную ценность, впредь до решения вопроса о принятии их на государственный учет как памятников истории и культуры подлежат охране в соответствии с требованиями Закона СССР «Об охране и использовании памятников истории и культуры» и настоящего Закона». Неужели этого мало для бежецких юристов?! Да если даже, извините, им наплевать на историческую ценность памятников, на закон, то разве не является преступлением само по себе утаивание клада, противоправный сбыт серебра? Разве для этого нужны особые свидетельства археологов?
Тенденцию к «замораживанию хлопотного дела» удалось уловить уже на раннем этапе, когда милиция просила не привлекать к этому вопросу прессу якобы в интересах следствия. Поэтому параллельно делались попытки предпринять общественное расследование, чтобы восстановить историю разграбления памятника. Выяснилось, что еще в конце 50-х — начале 60-х годов ныне покойный М. В Рассудов, сын местного священника, неоднократно сообщал в Бежецк и Москву о существовании уникального памятника, предупреждая о возникшей угрозе. Один из немногих, кто пытался пробить бюрократическую стену равнодушия, он сдал собранные им монеты в местный краеведческий музей, но…. оттуда они исчезли вместе со всей нумизматической коллекцией в 1970 году. Увы, сигналы Рассудова не были услышаны.
К концу шестидесятых годов относится план с указанием места нахождения памятника. Он обнаружен недавно калининскими археологами в груде бумаг, не разбиравшихся десятилетиями. Этот документ в качестве проводника рекомендует привлечь Рассудова, а составлен он сельским учителем истории М. Н. Мироновым, тоже ныне покойным — последняя попытка местных энтузиастов спасти памятник и заинтересовать власти его судьбой.
В первой половине 70-х годов в селе неоднократно бывал В. И. Брагин. Историк и нумизмат, в те годы секретарь парткома завода «Бежецксельмаш», затем секретарь Бежецкого горкома партии. Теперь он первый секретарь Центрального райкома КПСС гор. Калинина. Он был знаком с Рассудовым, приобретал у него монеты, пытался организовать на «кругах» земляные работы... с помощью экскаватора.
В те же годы на «кругах», как мы выяснили, бывал С. К. Айкашев, в то время завотделом культуры Бежецкого райисполкома, также нумизмат. И в его коллекции имеются монеты, переданные Рассудовым. О существовании «кругов» он неоднократно сообщал тогдашнему заместителю начальника Управления культуры Калининского облисполкома Г. П. Ломовских. Во второй половине семидесятых годов начальник одного из бежецких ПМК посылает на «круги» землеройную технику, которая использовалась для самодеятельных раскопок. В итоге были обнаружены остатки кольчуги, разрушена часть соседних курганов. Затем там появляется сотрудник Государственного Исторического музея А. В Фомин, который, по его словам, «собрал на площади памятника» около 200 серебряных монет. После поездки Фомина на карте музея делается отметка о том, что близ такого-то села «находится одиночный клад». И, наконец, в начале 80-х годов — время грабительских раскопок Л М. Иванова, широкая распродажа монет по два рубля за штуку. Как выясняется теперь, кроме Иванова, к систематической промывке монет причастны и другие лица, имена которых известны.
Поведение ответственных коллекционеров (не берем, разумеется, в насчет Иванова) поразительно. По своему должностному положению они могли и обязаны были содействовать охране, а фактически лишь подстегнули разграбление.
Из письма местного краеведа:
«Есть основания полагать, что монетами в свое время поживились многие из бежецких нумизматов. Причем среди них немало высокопоставленных товарищей. Поэтому милиции не очень выгодно будет этим заниматься….».
Итог: Бежецкий ГОВД в возбуждении уголовного дела отказал. Устно нам дано следующее разъяснение: дело не может быть начато, поскольку нет документа о том, что памятник взят под охрану, кроме того, «в его ограблении замешано слишком много лиц». Какова формулировочка? Уверен, если бы была ограблена квартира начальника Бежецкого ГОВД, пусть даже очень большой группой воров, то следственные органы лезли бы из кожи вон, не требуя от пострадавшего документа, удостоверяющего, что его имущество охраняется законом. А здесь не личное, государственное, значит — ничье.
Какая там перестройка сознания! Бежецких пинкертонов пушкой не пробьешь.
Из письма участника экспедиции: «Нам дали «отворот» и в прокуратуре Бежецка. Насчет того, как быть с сотнями серебряных монет, заявили: «подумают».
Бежецкий Верх – название, хорошо знакомое историкам. Некогда эта земля была житницей Великого Новгорода. Кто только не грабил ее: и сам Господин великий Новгород, и князья московские, тверские, налетали сюда опричники Ивана Грозного, огнем прошла литовская конница. Горели и быстро отстраивались бежечане — уж очень плодородны здесь были земли. Удивительно, но мы еще сравнительно мало знаем об истории этого края. Лишь я последние годы стали проявляться черты минувших эпох, чему во многом мы обязаны самим бежечанам, среди которых нашлись десятки краеведов-энтузиастов. Но не в их силах остановить массовые набеги на памятники новых варваров, хищнические поиски предметов старины, икон.
Еще можно встретить в тамошних деревнях подлинники, которым место в музеях, но источник этот не бездонен, да и музеи, как оказывается, не являются надежным хранилищем для подобных предметов.
Из письма бежецкого краеведа, на основе коллекции которого был создан школьный музей в Присеках:
«Наиболее ценные вещи: серебряные монеты XVI—XVII вв. , конца XIX в., парадное «Евангелие» издание прошлого века в окладе - и другие разошлись по частным коллекционерам. В дер. Большое Рагозино Краснохолмского района в школе хранились предметы из разрушенного фатьяновского могильника. Сейчас ученический музей уничтожен, часть вещей исчезла. Между тем речь идет о единственных материалах по этому могильнику. По области известно очень мало памятников такого типа».
Еще одно письмо местных краеведов:
«В 1970 г. на городище в Бежицах (находится под охраной как памятник республиканского значения) копали яму для хозяйственных нужд, и выкопали ряд вещей, среди которых пластинчатый браслет, цепочки, подвеска редкого типа и др. Все это было сдано в Бежецкий музей в 1970 г. и бесследно исчезло оттуда».
Конечно можно объяснить происходящее равнодушием ответственных лиц. Но представляется, что причины лежат глубже.
Много разъезжая по области, мы обратили внимание на одну закономерность чем крепче хозяйство, чем меньше на селе и в районе показухи, тем большее понимание можно встретить в вопросах сохранения истории и культуры со стороны рядовых жителей и руководства любого ранга. Не вписывается Бежецк в эту категорию. Мы уже не удивлялись безразличию к памятникам, проезжая мимо полей с почерневшим запахиваевым или сжигаемым льном, гниющим картофелем. Напоминаю, что речь идет о самых плодородных в области землях, некогда кормивших территорию во много раз большую. Позитивные сдвиги, которые мы сейчас наблюдаем в стране, обнаружить здесь весьма затруднительно! Единственно что бросается в глаза – расхождением между словом и делом.
«Уважение к минувшему – вот черта отличающая образованность от дикости»- эти пушкинские строки следовало бы высечь над креслами тех ответственных (безответственных?) лиц, кто не хочет понять, что потерянные, разрушенные памятники нашей истории и культуры не восстанавливаются, и возмездием за это станет бездуховность следующих поколений.



Можно еще добавить, наличие "местных преданий" , что не стоит "копать" в этих местах в поисках "кладов" и "содержимого курганов" ....Рассказывают разные "мистические истории" в стиле передачи "несчастья идут по следу искателей сокровищ"... :shock: :shock: :shock: Кто знает...... Помнится была передача про клад в Сочи, который потревожили "черные археологи", и что потом с ними случилось......Даже если почитать первую историю автор тоже почувствовал, что "недобрым" там веет....
А вообще даже настоящие археологи поведали как-то мне свои истории, которые имели место на их раскопках.....Не знаю...как относится..? :roll: : . но кто знает.....
Андер
 
Сообщений: 374
Зарегистрирован: 10 ноя 2012, 14:38
Откуда: Москва

Re: Намесково

Сообщение Андер » 09 окт 2022, 11:40

НАМЕСКОВО.jpg
Намесково и окрестности, Карта А. Менде , 1 верста.
Андер
 
Сообщений: 374
Зарегистрирован: 10 ноя 2012, 14:38
Откуда: Москва

Re: Намесково

Сообщение Андер » 17 сен 2023, 14:58

Еще одна "легенда" из книги " Золотые зёрна: сказки, легенды, предания, мемуарные рассказы Тверского края", Русская Провинция, 1999 г.

"В настоящее время (2002 год) в селе Намесково Шульгинского с/о (бывший Намесковский с/с) находится церковь святой Троицы с Никольским приделом. Освящена она в 1811 году, построена в 1791 году.
Колокол привезли значительно позднее. В числе тех, кто его поднимал на колокольню, был и мой дед Сидоров О.Е Он и рассказал моей матери о том, что этот храм начали строить тогда, когда в трех километрах севернее села провалилось «сквозь землю» село Сорокино, вместе с церковью, которая находилась в этом селе.
О селе Сорокино в настоящее время никто не помнит. Но эта легенда похожа на правду: на месте села образовалась топь, старики называли это место «бездонные окошки»; за ягодами-грибами в этот лес ходить было страшно, люди пропадали бесследно.
В настоящее время, как и прежде, в лесу обилие ягод, грибов. Болото, место топкое. О селе Сорокино я когда-то вела разговор с нашими тверскими археологами. Они что-то об этом слышали, но раскопок никто не производил".


Никакого села Сорокина поблизости не отмечается, ни в одном из документов. Легенда традиционная, о провалившихся церквях и прочее. Во многих местах рассказывали подобные истории...

См. Выдержки из статьи А. Панченко
«Провалившаяся церковь». Археология и фольклор
"Настоящая работа посвящена некоторым проблемам функциональной атрибуции мотива, достаточно распространенного в русской народной прозе и известного под названием «провалившаяся (утонувшая) церковь» (место церкви здесь может занимать колокол, монастырь, город и т. д.). Моя нынешняя цель состоит не в определении истории, географии или общего значения сказаний этого рода (а также их отношений с другими темами несказочной прозы), но лишь в указании (применительно к рассматриваемым материалам) на некоторые возможности исследования фольклорной культуры в связи с ее функциональными и, так сказать, «контекстуальными» характеристиками; конкретные примеры, используемые в этой работе, избраны потому, что в них достаточно отчетливо проступают особенности народной «мифологии пространства».

Упомянутый мотив привлекает внимание отечественных исследователей с конца; XIX — начала XX вв. (прежде всего — в связи с легендами о «граде Китеже»). Установлено, что сказания о провалившихся городах, монастырях, храмах и т. д. имеют общеевропейское распространение и чаще всего связаны с мотивами святотатства, наказания за грехи или, наоборот, — чудесного спасения от врагов и насильников. Эти рассказы могут распространяться в форме легенды и новеллистической сказки (и в этом случае они оторваны от конкретных местностей) или предания, приуроченного к определенному ландшафтному объекту (последнее, в свою очередь, может быть дополнено и развито «шлейфом» дочерних меморатов и фабулатов). Наконец, указанная тема может проникать и в литературные памятники, а из них вновь возвращаться в устную традицию. (При этом следует помнить, что фольклорный мотив «проваливания» и «потопления» — как одного из способов проникновения в «нижний мир» — вообще распространен гораздо шире и входит в художественную систему многих жанров.

В народных преданиях русского Северо-Запада мотив провалившейся церкви представлен довольно широко. Чаще всего он связывается с археологическими памятниками, почитаемыми местами, определенными ландшафтными объектами, иногда — с местами реально существовавших в эпоху средневековья церквей. При этом рассказы ... взаимодействуют с большинством мотивов того вида русской несказочной прозы, который принято именовать «преданиями»....

Необходимо заметить, что народные рассказы о деревенских святынях можно разделить па две основные группы.
Тексты первой из них повествуют о происхождении чудесных свойств, «святости» того или иного места. Их действие относится к абстрактному прошлому; в этом смысле они сопоставимы с жанром предания.
Вторая группа текстов связана с представлениями о реализации этих свойств; к ней принадлежат рассказы о чудесных исцелениях и о несчастьях, постигших нарушителей запретов. Такие тексты .... соответствуют быличкам и бывальщинам....
Общая структура исследуемых преданий может быть описана следующим образом: стоящая па земле церковь (или город, монастырь и т. д.) становится местом приложения конфликта, развивающегося в рамках оппозиций «крещенное — нечистое» и «свое — чужое» (мотивы святотатства, Божьего гнева, нашествия интервентов), после чего церковь проваливается или тонет.
...В народных рассказах исходный конфликт часто опускается, но его функциональная значимость очевидна, так как он объясняет причины «проваливания». В «дочерних» текстах эта тема развивается и дополняется; они, тем или иным способом, подтверждают исходное предание: церковь иногда «показывается» в определенные дни можно услышать звон ее колоколов и т. д. ... В случаях приурочения рассказов о провалившейся церкви к почитаемым местам дочерние тексты повествуют также о чудесных свойствах святыни, исцелениях, наказаниях за нарушение запретов и т. д.

Дореволюционные исследователи, касавшиеся проблем интерпретации мотива «проваливания», видели его исторические корни в представлениях о святотатстве и Господнем гневе и указывали при этом на библейский рассказ о Содоме и Гоморре - (Быт. 19, 23—28), а также на сходные повествования в западноевропейской литературной традиции. В то же время они приводили реальные примеры опускания небольших участков земли по различным геологическим причинам — как могущие послужить источником для соответствующих легенд и преданий. Однако все эти наблюдения не могут объяснить ни исторических условий развития этого мотива, ни особенностей его бытования в фольклорной традиции. Кроме того, сама проблема исторических корней фольклорного мотива или сюжета настолько сложна, что пытаться дать какие-либо объяснения здесь можно лишь после всестороннего изучения всех характеристик соответствующей сюжетной единицы. Я не могу полностью разделить и точку зрения Н. А. Криничной, согласно которой «моделью мотива погружения колокола (эквивалент: церкви, избы, города, людей) в известной мере послужили тотемические представления об «уходе» мифического предка в источник, землю, гору, равно как и поверья, связанные с не дающимся в руки «зачарованным кладом» (такая трактовка вполне совпадает с концепцией генетической связи преданий с мифом, выдвинутой этой исследовательницей). Усматривать генетическую преемственность между культурными формами, относящимися к стадиально различным эпохам, довольно опасно: в этом случае игнорируются механизмы исторического развития религиозно-мифологического сознания. Здесь, может быть, следует говорить о совпадении функций, порождающем типологически близкие структуры текста; однако это — отдельная тема, плохо изученная и ставящая перед исследователем Немало проблем. Так или иначе, начинать все же следует именно с функциональной атрибуции текста.

Мне представляется, что деревенские святыни служат в ил родной культуре «точками контакта», местами соприкосновения сакрального и профанного миров. Соответствующие им народные рассказы призваны, таким образом, объяснить и раскрыть медиативную роль конкретных ландшафтных объектов; поведать об «иерофании» (если воспользоваться термином М. Элиаде). Их морфологическое строение, как кажется, можно отразить в следующей модели: после исходного конфликта, связанного с коллизией священного и профанного (или «нечистого»), мифологический персонаж (resp. сакральный предмет) перемещается в «иной» мир, оставляя следы своего пребывания в конкретной ландшафтной точке. Последняя затем становится местом поклонения, представляя собой, таким образом, открытый «канал» в сакральную сферу. Что же до упомянутого конфликта, то он, кажется, может быть отнесен к разряду явлений, называемому в практике структуральных исследований культуры «медиацией» и подразумевающему снятие фундаментальных противоречий путем понижения уровня противопоставлений. В данном случае фундаментальное противоречие между сакральным и профанным мирами снижается благодаря противопоставлению «священных» и «нечистых» персонажей или действий. Очевидно, что предания о провалившейся церкви вполне соответствуют описанной структуре и повествуют, таким образом, о контакте сакрального и профанного миров. Функции рассказов этого рода, приуроченных к почитаемым местам, тождественны функциям других преданий о деревенских святынях. Представления об открытом канале между «тем» и «этим» светом здесь дополняются и конкретизируются верой в то, что церковь действительно находится под землей или водой и в определенное время может подать о себе весть......

Приведенные материалы и соображения могут, кажется, помочь и в объяснении приурочения рассказов о провалившейся церкви к местам древних могильников и поселений. В современней научной литературе иногда приходится встречать указания на «культ предков» и «протоархеологическое сознание» применительно к подобным материалам. На мой взгляд, однако, место того, что мы называем археологическими памятниками, в народной культуре не сводится к почитанию умерших предков пли, наоборот, к представлениям о «заложных» (нечистых) покойниках (или же к «протоархеологическому» интересу к древностям).

Скорее всего эти памятники тоже можно представить как точки взаимодействия двух миров.... Главный механизм образования указанной структуры также можно искать в- представлениях о различных формах контакта сакрального и профанного..."


Можно согласиться с А. Панченко в данном случае отражаются представления и поверья местного населения относительно старых могильников, которых много вокруг Намескова. Очевидно предание имело более "расширенную" версию, которая не дошла....

Но опять хочется заметить, что когда такие истории попадают в руки краеведов, опять начинается "полет творчества", особенно, если человек не имеет специального образования ( выдвигаются гипотезы о "геологических провалах" , наводнениях и разливах рек и прочее). Так в Каменском стану Бежецкого Верха, некоторые уже много лет "ищут провалившийся город".... :P

В подобном ключе высказывался и Еремин в своей статье о "теблешанах":
"Неподалеку от села, правда, уже в соседней Ивановской волости, в деревне Волково есть деревянная часовня. По поводу ее держится предание, что в пруде близ деревни находится колодец, в котором скрыт колокол от бывшей церкви, разрушенной во время нашествия поляков, и что время от времени слышен звон этого колокола. Но это предание не стоит одиноко и не является исключительным для данного района, чтобы могло пролить некоторый свет на историческое происхождение местности; чудесные рассказы о колокольном звоне, воющем в горе или под землей, или под рекой, можно услышать и в других местах….В самом Бежецком уезде аналогичные предания живут и в других местах…особенно много преданий вокруг «курганных» селений. Все эти предания, вообще очень смутные и неопределенные, ведут свое начало от глубокой древности (ср. «Сказание о граде Китеже»), но вряд ли будет правильно видеть в них отражение тех или иных исторических событий и смотреть на них как на исторический, до известной степени, источник… "

Он правильно указал, что такие предания в Бежецком уезде особенно часто, как и по всей Новгородчине, встречаются около "курганных поселений".
Однако как всегда, без фантазий нельзя. Нашел на сайте
https://toptver.ru/lenta/v-tverskoj-obl ... ogo-deneg/

"В Тверской области есть одно невероятно интересное место – бежецкие «каменные круги».

Бежецкие «каменные круги» – одно из самых мистических мест в Тверской области, их происхождение до сих точно не установлено. Да и открыты они были российскими археологами сравнительно недавно: всего несколько десятилетий назад.

Находится этот памятник в глухом лесу на юге Бежецкого района – в долине реки Сосница. Он включает в себя множество «каменных кругов», которые разбросаны на многие километры. Каждый из «кругов» представляет собой концентрические круговые выкладки из небольших камней. Камни сильно вросли в землю и сейчас лишь чуть-чуть возвышаются над её поверхностью.

Пространство между каменными кольцами заполнено землёй вперемешку с чешуйками серебряных монет, что и привлекает в эти места множество «чёрных» кладоискателей. Монеты предположительно датируются XVI – началом XVII века. Их количество огромно. Погребений под «кругами» не обнаружено.

Как пишут в сообществе, этот археологический памятник до сих пор почти не изучен, а между тем он стремительно разрушается «кладоискателями». Очевидно, что «каменные круги» появились в долине Сосницы незадолго до появления карел на землях Бежецкого Верха. Кем они оставлены и зачем – это загадка, которую исследователям ещё только предстоит разгадать".


Круги исследовались, тоже вроде бы все описано.... Нет... подбросить туману как на РНТв, без этого нельзя. :roll:

Непонятно только причем тут карелы? Вокруг села Намесково, как и в этой части Бежецкого уезда, их отродясь никогда не было. :mrgreen:

Этимология названия села "Намесково", тоже не дает давно покоя любителям и энтузиастам....
Как обычно этом можно найти в книгах Ю.М. Смирнова (у него просто кладезь таких фэйков) , он пишет: " Правда , на Намесковском ручье - село Намесково . Может , от имени Намест или от слова " намест " - месть. Наместников в этих местах не было."

Ага, конечно... прямо "месть и закон"....
Абсолютно дилетантское толкование....

Есть и не лучше толкования. Даже от тех, кто вроде бы профессионально занимается топонимикой, автор рассматривает название ручья "Намесковский": "Назван по с. Намесково. Возможно, от рус. намести – наносить ветром, водою; в значении «нанос» – песок, ил, намываемый во время разлива; или от рус. месить – топтать, утрамбовывать; возможно, по имени Намест в значении «мстительный». Короче, "месть намели", как-то так....

И все же у села есть своя реальная история и реальное объяснение названия. :!:

Продолжение следует....
Андер
 
Сообщений: 374
Зарегистрирован: 10 ноя 2012, 14:38
Откуда: Москва

Re: Намесково

Сообщение Андер » 20 сен 2023, 11:54

О происхождении названия "Намесково".

В источниках и на картах село называлось "Наместково". Аналогичные названия имеются в Новгородской области. Деревня Намещи в Демянском районе, по материалам Ген. меж. конца ХVIII в. - дер. Намеща , с середины XIX в. отмечается современная форма названия - Намещи.

Процитируем В. Л..Васильева : " Ойконим является притяжательным наименованием, возникшим при помощи йотовой суффиксации из др.-рус. личн. Намѣстъ, семантически - 'деревня Наместа; Наместово село'. Запись Меща в писцовой книге 1495 г. неточно передает название деревни (квалификация префикса в качестве предлога). Личн. Намѣстъ - дохристианское префиксально- корневое имя, идентичное по структуре целому ряду древних имен с начальным На-: НадЫ, Нажиръ, Насилъ, Наславъ, *Налютъ; можно предположить, что корень Mict- реализует в нем древнейшее значение проживания, пропитания (ср. лит. maistas 'питание ).

Следовательно, при таком понимании Намѣстъ, являясь пожелательным именем, семантически особенно близко сходится с личн. Нажиръ (у древних полабско- поморских славян отмечено похожее личн. Bezmest [Schlimpert 1978, 15], очевидно, негативно-охранное имя). Личн. Намѣстъ дважды фиксируют новгородские источники XIII-XIV вв.: бер. гр. № 2 2-й пол. XIV в. [Зализняк 2004, 69] и летопись, упоминающая новгородца Наместа, 1240 г. [НПЛ, 77, 294]. Архаичность деривационной модели и самого антропонима - яркое свидетельство тому, что дер. Намещи появилась очень давно: в XII-XIII вв. либо ранее. Среди восточнославянских ойконимов - эквивалентов новг. Намещи - известны: геогр. Наместово дер. на р. Тиновка Грязовецкого у. Вологодской губ. + дер. на р. Московка Вязниковского у. Владимирской губ., Намесково (из *Наместково: личн. Намѣстъко ) дер. на р. Крупа Бежецкого у. Тверской губ. [Vasm. RGN VI 1, 85].)".
Андер
 
Сообщений: 374
Зарегистрирован: 10 ноя 2012, 14:38
Откуда: Москва

Re: Намесково

Сообщение Андер » 22 сен 2023, 17:05

Далее В. Л. Васильев продолжает: "Имеется еще западно-славянская параллель - геогр. Náměšť nad Oslavou в Чехии, которое возводят к личн. Námest [Hosák, Šrámek MJMS II: 117]".

Намешть-над-Ославой это небольшой городок в Моравии ( район Тршебич, Чешская республика).
Есть также еще и На́местово (Námestovo) - городок в северной Словакии. Названия обоих этих городков возводят к старославянскому имени "Намест".

Относительно окрестностей Намескова можно отметить, что там много таких "ойконимов с притяжательным наименованием".
Домацкое - вероятно от имени "Домаш" (Домата) от Домажир, Доманег, Домамир, Домослав и др.
Разморское, к сожалению, оригинальное название было по всей видимости искажено,
но можно предположить, что происходит от имени "Разумир", "Розумир" и др.
Речка Голчань (Голчанка) и деревня Голчаны - от имени "Голчан".
Гостимирова гора от "Гостимир" и др.
Хорошая выборка имен новгородцев - владельцев или основателей этих поселений.

Также и местный гидроним - Крупа, Крупец, иногда он называется руч. Намесковский. Васильев В.Л. дает правильную этимологию: "Крупец образовалось от др.-рус. крупыи 'мелкий' или же приравнивается к диал. крупец (ранее крупьць) 'источник...Все эти названия восходят к др.-рус. круп(ыи) 'небольшой по величине, маленький, ... указывавшему на малые размеры водотоков. Новг. бер. гр. No 526 (2-я треть XI в.) сигнализирует о древней употребительности данного адъектива среди новгородцев, сохранив форму «кроупѣмь» — Мест. ед. от крупыи .."
Вложения
Наместково (Атлас Кириллова).jpg
Наместково, Атлас И. Кирилова.
Намесково (Атлас А. Менде).jpg
Намесково, окрестности, Атлас А. Менде.
Андер
 
Сообщений: 374
Зарегистрирован: 10 ноя 2012, 14:38
Откуда: Москва

Re: Намесково

Сообщение Андер » 23 сен 2023, 17:53

Краткая история Наместково.

Наместково - одно из древнейших поселений новгородских словен Бежецкого Верха. Интересно что характерное новгородское "цоканье", согласно данным этнографических экспедиции, фиксировалось там и в Домацком еще и в послевоенные годы вплоть до 70х. (Пример. - Дарюха брусницы и гонобобели цяй рубли на триста принёсла /н'нЯ цётыре ходила).

Археологи же относят его возникновение, как и окружающих деревень, к 9-10 вв., время активного освоения словенами Верхнего Помоложья и окружающих территорий. На двух селищах Намесково, которые датируются 12-13 вв., найдена древнерусская керамика лепная и гончарная. Хорошим маркером возникновения и этнической принадлежности являются курганные могильники новгородских словен, с традиционной каменной выкладкой по основанию. Датировка тоже традиционная - 10, 11-13 вв. с разными обрядами погребения (кремация и ингумация). Это также относится и к другим сопкам и могильникам вокруг Намескова - Домацкое , Гостимирова Гора, Ежово. Во многих археологами были найдены "прокаленные площадки, скопление золы с угольками", и "мелкие фрагменты кальцинированных костей", а также "впускные безынветарные труположения", т.е. традиционные языческие захоронения, которые потом использовались уже при смене обряда погребения, что обычно связывается в принятием христианства. Однако в большинстве случаев археологами отмечаются "многочисленные грабительские ямы", о чем и говорилось выше, имена тех кто вел "незаконные раскопки" в 80х годах тоже известны, местные рассказывали кто и что конкретно нашел. Конечно, как всегда немного приукрашивали, но если даже информация частично верна, то дело серьезное - сколько уникальных артефактов могло просто пропасть по вине таких "энтузиастов" от археологии. :o А это фактически вырванные страницы из истории Бежецкого Верха (времен "варяжских и словенских"). Неплохо было бы, если они еще сохранились, а "хранителям" можно посоветовать втихушку ввести их в научный оборот, хотя бы так себя "частично" реабилитировать, а то ведь "Tempus fugit"... :angelic-grayflying: , глядишь там и еще кое-что простится....

Еще раз вернемся к "каменным кругам" о которых много чего понаписали и даже отнесли к "мегалитам Русской равнины":
"Итак, памятник находится в Бежецком районе Тверской области и включает несколько «каменных кругов», каждый из которых представляет собой концентрические круговые выкладки из небольших камней. Камни сильно вросли в землю и в настоящее время лишь чуть-чуть возвышаются над ее поверхностью. Пространство между каменными кольцами заполнено землей вперемешку с серебряными монетами (что и привлекает к памятнику самодеятельных кладоискателей). Монеты датируются временами правления царей Ивана III, Ивана Грозного и Бориса Годунова; количество их огромно — только по очевидно неполным данным местной милиции за последние четверть века отсюда были похищены многие сотни монет. Погребений под «кругами» не обнаружено."

Местные жители смотрели на них более прозаически: " Именно здесь, в одной из кладок, если верить слухам, уму непостижимое количество серебряных копеек времён Ивана Грозного, Фёдора Ивановича и Бориса Годунова. Монет, как утверждают те, кто многие годы пользовался услугами «денежной ямы» и в конце концов выгреб почти всё её содержимое, было… около центнера! и находились они под камнями стопками. Причём отлично сохранив свой первоначальный вид. Судя по тому, что в практически просеянном отвале ямы в 1986 - 88 годах археологами было найдено 846 монеток, слухи имеют под собой правдоподобные основания. По оценке специалистов, время захоронения клада датируется 1603 годом. Принадлежность же его пока установить не удалось. Думаю, права народная молва, что это казна какого-то войска (по мнению местных жителей татарского). Так ли это, нет - нужно доказать."
М. В. Волкова, исследовавшая эти объекты, также не считает, что они относятся к древним временам, если раньше полагали, что это мог быть "жальничий могильник", то сейчас мнение изменилось. По всей вероятности, это каменные кладки фундаментов жилых временных построек 16-17 вв., т.е. там находился военных лагерь каких-то отрядов (а может просто шаек типа "лисовчиков), опустошавших окрестности Бежецкий Верх и окрестности во время Смуты. Именно в их отвалах и найден клад с монетами Ивана Грозного, Федора Ивановича и Бориса Годунова, точнее сказать его жалкие остатки (полагают это была разграбленная казна, то ли монастыря, то ли одного из городков, а может быть и то и другое...).
Ранняя история села неизвестна, но вероятно, учитывая его местоположение среди глухих лесов ему удалось избежать и разорения со стороны тверских князей - Святослава Ярославича вместе с монгольским отрядом в 13в., набегов двух тверских Михаилов (Ярославича и Александровича), терзавших в 14в. новгородские земли, а также других напастей "феодальной войны" 15 в., уже во времена "сместного" владения Бежецким Верхом Новгорода и Москвы. е Письменная история села Намескова фиксируется только с середины 16 в.
Очевидно, как и у большинства сел Бежецкого Верха после присоединения Новгорода к Москве, у округи поменялись владельцы, когда вотчины новгородских собственников и бояр были переданы в другие руки (в основном служилые люди великого князя Московского). В 1550 г. округой владели дворяне Дементьевы, неоднократно вступавшие в земельные тяжбы с Присецким Преображенским монастырем .
Андер
 
Сообщений: 374
Зарегистрирован: 10 ноя 2012, 14:38
Откуда: Москва


Вернуться в Бежецкий и Сонковский р-ны

Кто сейчас на форуме

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1

cron