Погост Егорьевский в Илове - Ермолино

Достопримечательности и история объектов, находящихся на территории современного Удомельского района

Модераторы: Алексей Крючков, Балаблиха

Сообщение Альфим » 15 ноя 2012, 21:58

Алексей Крючков писал(а): ".....пока не затянуло все зеленью и уже подсохли дороги - это последняя неделя апреля."

Не соглашусь. Как правило, это две первые недели мая. В апреле в лесу и полях ещё много воды и грязно. В первой половине мая вода уже уходит, трава только выходит и отлично виден рельеф.
Аватар пользователя
Альфим
 
Сообщений: 55
Зарегистрирован: 22 окт 2010, 23:03
Откуда: Удомельский р-н

Церковь в Илово

Сообщение андреев сергей » 17 фев 2013, 20:01

Иловская церковь.jpg
Здание бывшей Иловской церкви

Фотографию любезно предоставила Анна Яковлевна Певцова - бывшая учительница математики и директор Иловской школы в послевоенные годы.
Фото примерно 1949 года. Школа стоит в Илово, а рядом кладбище.
Двухэтажная пристройка была прилажена к корпусу бывшей церкви позже. Во время земляных работ были извлечены останки древних захоронений (долблёные колоды ). Моя мама ещё маленькой девочкой была при этих "раскопках" и находилась долгое время под потрясением. Здесь же она закончила 4 класса, почти как и все дети войны. Утварь церкви и книги были сожжены. Об этом писали на форуме. Часть какого то имущества (видимо иконы) укрыла жена священника Тархова. Анна Яковлевна поведала, что во время пожара, когда в Дворищах горел дом священника, люди хотели вынести и спасти некий сундук. Но матушка сказала: "Пусть сгорит вместе с домом."
Аватар пользователя
андреев сергей
 
Сообщений: 48
Зарегистрирован: 26 фев 2012, 11:58
Откуда: Вышний Волочёк

Церковь в Илово

Сообщение Дмитрий » 17 фев 2013, 21:09

Церковь на фото очень узнаваемая. Именно то, что стояло в старой Удомле на ул. Полевой (но, кажется, обрезанная - окна на четыре?). И ни одной фотографии до сих пор так и не нашлось, а ведь сколько в неё ходили, пока храм на Курчатова не поставили.

Двухэтажная часть так и была. Алтарь был пристроен с противоположной стороны двухэтажной части. Там был устроен туалет.

Кажется я сначала предположил, что это бывшая церковь по характерной форме деревянного алтаря, а только потом собрал сведения.
Дмитрий
 
Сообщений: 167
Зарегистрирован: 13 авг 2010, 18:17
Откуда: Удомля

Сообщение андреев сергей » 17 фев 2013, 21:15

Вот именно на месте туалета и были раскопаны старинные могилы.
Аватар пользователя
андреев сергей
 
Сообщений: 48
Зарегистрирован: 26 фев 2012, 11:58
Откуда: Вышний Волочёк

Где находился погост Егорьевский в Илове на р. Съежа?

Сообщение дедушка Вова » 30 мар 2013, 17:58

Для меня пока остается загадкой где находится "Погост Егорьевский в Удомельском в Илове на р.Съежа. У Архангельского Н.А.это близ озера Иловец и на карте-схеме у него же обозначен волок до Марфинского Рядка на Съеже,а это более 20 км по прямой,да и до оз.Иловец от Мологи путь слишком длинный.Намного удобней Молога-Кеза-Наволок-Тихомандрица-Удомля-Съежа. Между прочим я помню в 50 годах из оз.Наволок сплавляли лес на Митрошинский лес завод о том,что в древние времена,такие речки,как Тихомандрица,Моржевка,Хомутовка, Кеза были судоходны говорит их профиль,они все больше похожи на канавы, с ровными крутыми берегами и тем более воды в те времена возможно было больше.
У меня есть некоторое соображение, где было поселение Иловец на Съеже, но пока не хочу опростоволосится, хочется услышать Ваше мнение.
Изображение 676.jpg
дедушка Вова
 
Сообщений: 12
Зарегистрирован: 30 янв 2013, 22:48
Откуда: Удомля

Сообщение вера никонова » 07 апр 2013, 21:34

Церковь в Илове разобрали в начале 60-х. В Котловане еще жив последний директор Георгий Дмитриевич,его жена тоже должна помнить точнее меня.Она тогда жила в Ермолине. Всем привет! Очень хочу съездить с вами.Эмигрантка из Кашина Вера Алексеевна Никонова
вера никонова
 
Сообщений: 4
Зарегистрирован: 07 апр 2013, 21:19
Откуда: Кашин

Сообщение Алексей Крючков » 08 апр 2013, 10:06

А фамилия директора как? С фамилией его будет легче найти. Думаю, можно посетить, чтобы передать привет. )) Вдруг и у него фото есть какое?

А насчет съездить - мы бы тоже с удовольствием, место в авто нашли бы, Вы только до Удомли смогли бы добраться?

P.S. В июле 2013г состоялась первая поездка в Илово - см. здесь: viewtopic.php?p=6337#p6337
Изображение
Аватар пользователя
Алексей Крючков
Главный модератор
Главный модератор
 
Сообщений: 3281
Зарегистрирован: 24 июн 2010, 19:44
Откуда: Удомля

Сообщение Алексей Крючков » 19 май 2014, 13:46

План поездки в Илово в мае 14г выделен в отдельную тему в разделе поездок - viewtopic.php?f=17&t=701

Фотоотчёт о поездке и установке креста там - viewtopic.php?p=8027#p8027
Аватар пользователя
Алексей Крючков
Главный модератор
Главный модератор
 
Сообщений: 3281
Зарегистрирован: 24 июн 2010, 19:44
Откуда: Удомля

статья о Лидии Гомзяковой - уроженке Кобылихи

Сообщение андреев сергей » 18 июн 2014, 16:14

Попробую опубликовать статью Сергея Глушкова о Лидии Гомзяковой - уроженке Иловского прихода, деревни КобЫлиха. Эта деревня родина моей матери. Хотелось бы, чтоб откликнулись и Комковы и другие жители этих мест. Хотелось бы связаться и с Лидией Георгиевной. Статья взята из интернета http://www.tverlife.ru/news/15645.html. Извините, если что.

Деревенская муза.
Была в Удомельском районе, на самой границе с Новгородчиной, деревенька Кобылиха. И название незвучное, и деревенька невидная – всего-то два десятка изб, не в лучшем месте поставленных – ни реки, ни озера рядом. Ничего от нее не осталось бы, кроме заросшего крапивой кладбища, да привел Бог родиться здесь девочке с поющей душой. И в нехитрых ее песнях-стихах да в цепкой памяти жива по сей день та деревенька.
Судьба семьи, судьба деревни


«Февраль меня выплюнул в мир ледяной, водою студеною вымыв», – так отметила Лидия Гомзякова свое появление на свет в предвоенном 1940 году. Зимние образы в ее стихах о голодном и холодном, но почему-то все равно милом – как «звонкая песня лаптей» – детстве вовсе не дань случаю и уж тем более не свойство характера. Весенняя жизнерадостность ей свойственна куда больше. Но жизнь складывалась так, что и лаптям бывали рады. Сама-то она, кстати, в лаптях не ходила. Ее отец Егор Ильич Комков был знатный сапожник, еще до революции освоивший это ремесло в столичном городе Питере. Так что сапожки для своих детей – на зависть остальной босоте – тачал исправно. Но этой нехитрой обувкой все Лидины преимущества и кончались. Поскольку хоть и вернулся ее отец с этой второй в его жизни войны живым, но выпала ей доля похуже безотцовщины. В декабре 1945 года мать, словно только дожидавшаяся, когда можно будет сдать отцу на руки троих младших детей, умерла от давно точившего ее туберкулеза. Эта смерть и стала первым «зимним» впечатлением пятилетней Лидии. И нет ничего удивительного в том, что строк о матери, которую она, в сущности, и не помнит, так много в ее стихах.

Конец войны не принес деревне облегчения. Отец, работавший кладовщиком в колхозе, выбивался из сил, чтобы прокормить и вырастить детей. Без женских рук это казалось невозможным. Да и надо ли, когда в каждой избе по вдове? С одной такой из соседнего села Котлован отец и сошелся. Привез к ней своих да у нее двое, итого семь ртов. А кормить нечем. Картошки и той не хватало, а хлеба настоящего и не видели почти. Один из рассказов Лидии Гомзяковой так и назывался – «Хлеб детства моего». Совсем короткий, на две странички – о том, как принес отец однажды настоящее зерно, из которого испекли лепешки, не чета тому подобию хлеба из жмыха и соломы, что выдавался им обычно едва ли не по крупинкам, и как девочка решила припрятать две лепешки, а их собака съела.

Все в том рассказе было подлинно, да не все рассказано. Была еще история, которая и теперь вспоминается ею с опаской: не опорочить бы человека, может быть, трижды раскаявшегося в том, что решился в тяжкую пору на отчаянный, преступный шаг. Новоявленная мачеха сочла, что пятерых детей им не прокормить и поэтому от самого младшего надо избавиться. А младшей была Лида. В общем, бросила она на голову девочки подушку и навалилась сверху. Но без шума не обошлось, и проходившая под окном соседка, услышав недоброе, вбежала в избу и тем спасла Лиду. Следствие, конечно, никто наводить не стал. Просто отец в тот же день собрал вещи и уехал с детьми обратно в Кобылиху.

В Лидиной памяти не только война и послевоенные годы, но и предвоенная пора, о которой узнавала по рассказам родных, сливались в одну тяжкую годину.

По преданию, сама Кобылиха возникла из-за того, что согнали в нее селившихся по хуторам крестьян, чтобы задавить в них вредный хозяйский инстинкт. И шестеро братьев Комковых, из которых Егор был старшим, построились рядом, на одном краю деревни.

В 1938 году второму из братьев, Михаилу, довелось оклеивать избу изнутри газетами. И углядел какой-то недруг, что портрет Сталина оказался приклеен вверх ногами. Далее просто: донос, арест, лагерь. После пришла оказией записочка из Архангельской области – и более ничего, пропал человек, отец четверых детей. В малой деревеньке Кобылихе, от всякой политики бесконечно далекой, он стал уже третьим сгинувшим за эту самую «политику». Старший из его сыновей с войны без ноги пришел. Умудрялся как-то на конной косилке работать. Случилось так, что в день, когда умер Сталин, Лида шла вся зареванная из школы и встретила своего двоюродного брата. «Гриша, Сталин умер!» – кричит ему, давясь слезами.

А он в ответ: «Ну и слава Богу». Такой вот бывал «культ личности». Потом Лидия напишет стихотворение о своем дяде Михаиле Ильиче Комкове, который запомнился ей портретом в центре простенка, где «до боли родная из снимков царит чехарда». В то время надо было иметь решимость держать на почетном месте такой снимок.

Следующий брат, Николай, тоже погиб, еще на финской «незнаменитой», по выражению Александра Твардовского, войне. Оставил двух дочек.

Самым удачливым оказался четвертый из братьев – Василий. Комиссовавшись по ранению в 1942-м, устроился лесником и на зависть односельчанам, работавшим за «палочки», получал зарплату. Была у него всего одна дочь, так что голодать им не пришлось.

Пятый брат, Леонид, на остальных Комковых непохожий, слыл малахольным. Женился на выезд к теще («пошел в примаки», как тогда говорили), и связь с ним братья потеряли.

А с самым младшим из братьев, Иваном, тоже история вышла. Возрастом он был почти под стать старшему племяннику Николаю, сыну Егора. В ту пору драки – жестокие, с кольями, когда шла «деревня на деревню» – были делом обычным. Весной 1941 года Ивану с Николаем случилось в такой драке покалечить парня из соседнего села. Дошло до суда. Николая уже ждала повестка в армию, по призыву. О войне тогда мало кто думал, а для деревенского парня служба в армии виделась верным спасением от голодухи и бесправия. В общем, родня уговорила Ивана взять всю вину на себя. В итоге погибли оба: Николай в первый же месяц войны пропал без вести где-то под Брестом, а Иван сгинул в лагерях.

Несмотря на все эти бедствия, корень Комковых из удомельской земли не выкорчевался. Уж очень разветвлен он был. Четверо из шести детей Егора свои корешки пустили. Старший из них, Валерий Егорович (теперь ему уже к восьмидесяти), до сих пор в Пашневе живет. У него детей тоже шестеро. Николай живет в Удомле, Вера – в Котловане. А Сергей стал известным реставратором церквей, о нем недавно передача по телевидению была. Он, как и сестры Валя и Люба, живет в Петербурге.

Да и за Кобылиху Комковы держались, пока можно было. Михаил Егорович много лет здесь бригадиром проработал. Только в конце 70-х, одним из последних, покинул он родную, фактически уже умершую Кобылиху и отчий дом. Этой преданностью неласковой, но милой малой родине и дорог особенно Лидии этот брат.
Сиротство

Только успели в их деревне отрыдать по товарищу Сталину, как в семью Комковых пришло новое горе: у отца Егора Ильича обнаружился рак. Умирал он долго, тяжело. Лежал в сельской больнице, в Котловане. И когда почувствовал, что конец близок, позвал родных проститься.

Михаил в ту пору служил в армии. 13-летняя Лида осталась с 18-летним братом Иваном, которому тоже подходил срок служить. Почти полгода девочка сама вела их нехитрое хозяйство, но осенью и родней, и учителями было решено отправить ее в детский дом.

Попав в Зубцовский детский дом, Лида не почувствовала себя обделенной. После домашней нищеты ей все тут нравилось: кормили и одевали по деревенским понятиям почти роскошно.

А весной Лиде, как одной из лучших учениц, предложили поехать в «Артек». Был такой образцово-показательный пионерский лагерь в Крыму, под Ялтой, вожделенная мечта каждого советского школьника. Но Лида, испугавшись незнакомого названия, сначала отказывалась! И все же два месяца в «Артеке» были, без сомнения, самыми лучшими, самыми безоблачными днями ее детства. Но вот что удивительно: ни единой стихотворной строки воспоминания об этом чуде у нее не родили. Да и вспоминается ей нечто «нетипичное»: как отчитала ее пионервожатая за лавровый лист, привезти который наказала детдомовская повариха тетя Тоня. И за этот вовсе ей не нужный лист, конфискованный вожатой, пришлось потом держать ответ еще и перед тетей Тоней.

Случилось так, что на обратном пути в Москве ее не смогли вовремя встретить. И кто-то догадался позвонить в «Пионерскую правду» и попросить приглядеть за образцовой девочкой, счастливой дочерью великой страны. Ее встретили, а чтобы время не пропало зря, дали ручку, бумагу и предложили написать про знаменитый лагерь. Заметка «Как я отдыхала в «Артеке» и стала ее первой публикацией.

На этом все ее счастье, можно сказать, и кончилось. Через год она закончила семилетку и как ни просилась учиться дальше – ради осуществления своей мечты стать учителем, – никто ее слушать не стал.

Отправили ее в Калинин, в 23-е ремесленное училище. Первый год от обиды бунтовала немного: не хотела учиться на портниху. По образовательным предметам отлично шла, а по специальности – откровенно плохо. На второй год выправилась. Внутренняя установка на учебу сработала. И даже на диплом с отличием вышла.

Направили их, шестерых девочек-сирот, в городок Туркестан Южно-Казахстанской области. Было им по 17 лет. Ничего, кроме казенной формы да мизерной зарплаты, у них не было. Даже положенных подъемных им не выдали. Поселили в комнате прямо в здании промкомбината. Только жить там было невозможно. Местная молодежь проявляла к приезжим русским девушкам явно нездоровый интерес. И стекла били, и в дверь ломились. Нашли комнату в другом месте. Но кругом та же степь, пыль, чужой народ, и сами они всем чужие и никому в общем-то ненужные.

Горькие это были годы. Но Лида не отчаивалась. Сразу по приезде все они записались в вечернюю школу. Но кончила ее только Лида. Правда, на выпускных экзаменах случился с ней казус. Сдавая историю, не смогла она назвать фамилию недавно назначенного первым секретарем ЦК компартии Казахстана Кунаева, из-за чего чуть не получила двойку. Да и откуда ей было его знать, если ни газет, ни радио у них не было, а вся жизнь вертелась между работой и школой? Все-таки учительница ее отстояла перед комиссией – историю-то Лида знала.

В том же 1960 году она решилась поступать в Алмаатинский пединститут. Мечта стать учителем ее не оставляла. Сдала экзамены, и хотя отметки были не блестящие (все-таки вечерняя школа), пришло в Туркестан письмо о зачислении. Можно ехать учиться. И тут поразила ее в самое сердце тоска по оставленной родине. Представила, что еще четыре года жить в Казахстане, а там, может, и за всю жизнь отсюда не вырваться, и не выдержала, забрала документы и отправилась в Вышний Волочек, где жила сестра ее матери тетя Поля.
От скитаний к творчеству

Жизнь Лидии Комковой выправлялась долго и трудно. И хотя вышла она в конце концов на чаемую стезю, благополучия так и не достигла. Да и не к нему она стремилась по большому счету.

В пединститут поступила только через два года, проработав это время в швейном ателье. В первый год поступить не удалось – требования на калининском филфаке оказались посерьезнее, чем в Алма-Ате. Училась с удовольствием, да и преподаватели были отличные. Деканом был Андрей Яковлевич Троицкий. Из Москвы приезжал знаменитый профессор Гуревич. Да и других преподавателей: Лидию Васильевну Брадис, Александра Константиновича Федорова, Лидию Владимировну Пастушенкову – до сих пор вспоминает с благодарностью. Трудновато было, конечно, прожить на стипендию в 28 рублей, да сиротская выучка помогала.

В 1966 году она получила направление в Ильинскую школу Вилегодского района Архангельской области. Село было большое – райцентр. Работа пошла хорошо. Все у нее получалось, да и платили здесь по тем временам прилично. В общем, прожила она здесь девять лет. Там же пошли потоком стихи – не остановишь.

Помнится ей, что впервые начала сочинять еще в Кобылихе. Вернее, по дороге из школы, до которой было три километра. Идет по ней, приплясывает и частушки сочиняет, чтобы на посиделках потом исполнить.

После смерти отца не до частушек стало. А теперь вот совсем другие стихи пошли. К сожалению, та первая ее тетрадка пропала во время переезда. Теперь трудно и вспомнить, что это были за стихи. Однажды, в конце 60-х годов, она послала несколько стихотворений в популярный тогда журнал «Юность». Ответ пришел настолько сокрушительный, что на несколько лет бросила писать стихи. Зато пошли рассказы, которые с удовольствием печатала местная «районка».

А потом встретился ей человек – хороший, добрый, любящий. Работал ветеринарным фельдшером и специалистом слыл отличным. Вышла замуж.

Ее единственная любовь продлилась всего четыре года, оставив в душе и сожаление, и боль, и благодарность, и тоску. Да еще дочку Юлю, родившуюся уже в Калинине, куда семейство Гомзяковых переехало в 1975 году. Муж нашел работу на конезаводе в Чуприяновке. Несильный характер и близость к спирту развили известную русскую болезнь. Пытался бороться с нею, да не сладил. Решил сменить обстановку – думал поможет. Уехал в Сонково, да там и сгорел окончательно.

Весть о смерти бывшего мужа застала Лидию Георгиевну в Боровичах. До родной удомельской земли отсюда рукой подать. Первым перебрался сюда из обезлюдевшей Кобылихи Михаил Комков. Он-то и позвал сюда сестру, и помог приобрести полдома..

До этого успела она год поработать в Новосибирской области. Посулили здесь жилье, да обманули. А с географией она сама обманулась Думала: раз Сибирь, то обязательно лес рядом должен быть, как на родине. А попала в Кулундинские степи.

В Боровичах прожила десять лет. При районной газете «Красная искра» действовало литобъединение, в котором ее признали как прозаика. Ее небольшие рассказы печатались как в газете, так и в коллективных сборниках. Газета нуждалась в сотрудниках. Но журналистская работа с постоянной «текучкой» и заданностью тем как-то не очень привлекала Лидию Гомзякову. К тому же с неизбежностью вставал вопрос о вступлении в партию. До этого она уже дважды отказывалась от подобной чести. Не диссидентство, а нечто прямо противоположное было тому причиной. Коммунизм представлялся ей идеалом, к которому примазалось слишком много недостойных людей. Быть в одной с ними организации она не хотела. И осталась, как и прежде, рядовым учителем.

В 1988 году, в самый разгар перестройки, вернулась в Тверь, как раз обретавшую свое историческое имя. Купила на окраине полдома – опять с помощью брата. Нашла работу в 17-й школе. И опять хлынули стихи. Александр Гевелинг, которому, собравшись с духом, их показала вместе с очередным рассказом, определил четко: «Вы не прозаик, вы – поэт». Мучившие после разгромной рецензии из «Юности» сомнения исчезли настолько, что позволяла себе не соглашаться с некоторыми замечаниями мэтра.

Однако стихи писались большей частью «в стол». В постмодернистский «мейнстрим» творчество бывшей сельской учительницы явно не вписывалось. Близкая ей литературная среда себя не обнаруживала. Печатала кое-что в газетах (больше всего, пожалуй, в «Тверской Жизни»), в коллективных сборниках. В 2000 году еще раз собралась с духом и написала большое письмо Александру Солженицыну, сопроводив его своими стихами. Неожиданно для нее классик ответил – не без критики, но и с твердым уверением: «Вашим голосом действительно говорит народное горе. И Вы пишите от чистого сердца». Тогда же добралась она до заросшей бурьяном и крапивой Кобылихи, чтобы посетить могилу родителей да заодно постоять рядом с полуразвалившимся отчим домом. «Мне бы только проснуться, как в детстве,/ до восхода румяной зари / и с дождинками в добром соседстве / в мутных лужах топтать пузыри. / Мне б увидеть, как утром росистым / зашагают в лугах косари,/ как бурёнок с мычаньем басистым / поведет пастушок в пустыри… »

Дочь между тем выросла, стала биологом, и преподает в той же 17-й школе, где училась, а затем работала ее мать. У Лидии Гомзяковой подрастает внучка, а недавно появился и внук. А стихи все идут. На собственные пенсионные сбережения издала два сборника. По воскресным дням продает их на базаре – месте совсем не поэтическом, ловя удивленные взгляды любителей пряностей и солений. «Не слышу отзыва. Вокруг все тихо, глухо – / ни песен, ни ругательств мужичка. / И только чуткое улавливает ухо / бодрящий плеск живого родничка…»
Аватар пользователя
андреев сергей
 
Сообщений: 48
Зарегистрирован: 26 фев 2012, 11:58
Откуда: Вышний Волочёк

деревня Кобылиха

Сообщение Фотида » 30 июн 2014, 16:55

Публикую воспоминания моей бабушки Комковой Зинаиды Михайловны(1928 г.р.), уроженки деревни Кобылиха. Родилась в семье Никифоровой Прасковьи Никифоровны(1895г.р.) и Комкова Михаила Ильча. В семье матери было 8 детей, бабушка Агафья (похоронена на кладбище в Котловане) была очень религиозна. Сама постилась, и не давала есть в пост сметану своим детям. Сестры матери проживали: Анастасия в Говрильцеве, в Сидорове Авдотья, в Кузьминском Ирина (сын 1 погиб на войне), Анна (погиб муж на войне), Ольга (муж тоже погиб на войне). Еще одна сестра Мария в замужестве Уточкина, сын уехал в Украину. Брат Иван. Жила семья Никифоровых на хуторе Трусы. Вели большое хозяйство, было 6 коров. Во времена революций происходили поборы, поэтому продукты прятали, муку хранили в колодце... Вышла замуж Прасковья с хорошим приданным, была неграмотной всю жизнь. Многое досталось старшей дочери когда та выходила замуж, шторы одеяла и т.д. В семье Прасковьи и Михаила родилось 6 -ро детей, 2 умерли во младенчестве. Анна (1922г.р.) вышла замуж в 16 лет за Павла Козлова жили на хуторе Щукино. Случилась беда, у них сгорел дом. Были вынуждены переехать в Вышний Волочек. Супруг ее погиб на войне, и она вернулась в Кобылиху, работала в колхозе. Затем вышла за Орлова Александра переехала в Выборг, родила 4-х детей. Григорий (1924 г.р), когда его забирали на войну то прибавили 1 год. Прошел всю ВОВ вернулся, женился проживал в Котловане, одна дочь. Зинаида (1928 г.р) одна дочь проживаю в Удомле. Александр (1930 г.р.) проживал в деревне Липны, работал лесником. В 30-х 40 х годах Кобылиха насчитывала около 15 домов. Проживали Петровы, Степановы, Алексеевы, Козловы, Певцовы и другие. В 1938 году забрали отца. Дома был произведен обыск. Отца забрали осенью, в одной рубахе. Старшая сестра Анна бегала до Котлована в надежде отдать теплые вещи, но никого не нашла. Многих тогда забрали: Сорокина, Алексеева, Владимирова.В 70-х годах дом продали на вывоз в Вышний Волочек, а сами переехали в Удомлю...
1.jpg
дом Комковых д.Кобылиха

2.jpg
Комкова (Никифорова) Прасковья 1895 г.р.

1.jpg
Жители деревни Кобылиха

2.jpg
Комкова Прасковья на приусадебном участке.
Фотида
 
Сообщений: 2
Зарегистрирован: 30 июн 2014, 09:58
Откуда: Удомля

Re: Илово - погост Егорьевский в Илове на р.Съежа - Ермолино

Сообщение андреев сергей » 01 июл 2014, 15:23

На третьей фотографии крайняя справа Екатерина Васильевна Певцова(Владимирова)... В 1924 году нарезали землю под хутора близ Кобылихи, а претендовали на участки жители деревни: Ольга Михайловна Певцова(по мужу Петрова), Леонтий Львов, Егор и Михаил Комковы, Владимир Митрофанов(дал фамилию Влдадимировым), а так же гражданин дер.Турков Михаил Седов. Михаил Седов требует себе участок под отруб площадью 3,25 десятин, т.к. на 12 едоков- 24 дес., а у братьев Камковых, по словам вместе с отцом 25 десятин на 12 едоков. Кое как поделили, образовались хутора: "Ивановское" Леонтия Львова из дер.Турков(бывшая певцовская земля), "Михайловское" Ольги Певцовой, "Стрелка" Павла Егоровича Сорокина. У Павла Сорокина был сын тоже Павел, но умер в младенчестве, землю наследовать было некому, да и приближалось новое время, когда "наследниками" становились колхозы. Комковых род большой, у деда Ильи потомство: Егор, Василий, Михаил, Иван, Алексей, Николай. Вот сколько сыновей от царского времени для боевой Советской Власти. Рождали мужики колхозы нехотя, из под палки, читать дела раскулаченных без слёз нельзя, держались старого крестьянского уклада, поскольку другого хозяйствования и не знали. Но ведь укоренились и колхозы, трудились в них артельно, тяжело, но было место и веселью. Ходили на беседки с гармонью, где, бывает, парни и задерутся. Комковы- парни задиристые, дракуны. Всякое случалось, но вот таким и пришлось встречать войну. Это не компьютерные диванные войска, а деревенские крепко сбитые ребята. Размышляйте теперь, сидельцы с засаленными штанами, по 12 едоков и у всех могутные, заскорузлые от тяжёлой работы руки. Для этих рук было дело, идеология, поддержка, а результат- единая страна, живая деревня, дети, их звонкий смех в полях.
Аватар пользователя
андреев сергей
 
Сообщений: 48
Зарегистрирован: 26 фев 2012, 11:58
Откуда: Вышний Волочёк

Тарховы

Сообщение дни » 15 июл 2014, 18:40

Тархов Борис Дмитриевич со своей женой Маргаритой Александровной с ранней весны до поздней осени проживает в дер. Дворище, там, где его дядя Тархов Аристарх (забыла отчество) работал директором Дворищенской школы. За могилами в Пречистом ухаживает он.
Наталья
дни
 
Сообщений: 1
Зарегистрирован: 27 июн 2014, 13:38
Откуда: Санкт-Петербург

Re: Илово - погост Егорьевский в Илове на р.Съежа - Ермолино

Сообщение Денис Ивлев » 15 июл 2014, 18:54

ну что, господа, есть тема для поездки. Может они что и расскажут о предках, а может и фото покажут.
Аватар пользователя
Денис Ивлев
 
Сообщений: 1594
Зарегистрирован: 11 июл 2010, 08:01
Откуда: Вышний Волочек - Спирово - Москва

Re: Илово - погост Егорьевский в Илове на р.Съежа - Ермолино

Сообщение Владимир Крутов » 15 июл 2014, 23:57

дорвался до интернета.
Для начала огромное спасибо ДНИ, похоже товарищ зарегистрировался специально для сообщения такой ценной информации. Жаль что я уже завершил свой маршрут по тем местам (но это в этом году, а уж в следующем!!!)
Небольшая поправка (в моем представлении)
Тархов Аристарх Михайлович (1863-1948) священник в Илово, у него были сыновья
Дмитрий Аристархович (1900-1943) призывался из Дворищ, погиб на войне
Сергей Аристархович (1899-1968) директор Дворищенской школы
Судя по отчеству живущий летом в Дворищах Борис Дмитриевич - сын погибшего на войне Тархова. Предполагаю с высокой вероятностью что он житель СПб.
В завершении хочу сказать, что все Тарховы пользовались заслуженным авторитетом у местных жителей.
Аватар пользователя
Владимир Крутов
 
Сообщений: 220
Зарегистрирован: 06 окт 2012, 17:48
Откуда: Германия, Гамбург

Re: Илово - погост Егорьевский в Илове на р.Съежа - Ермолино

Сообщение вера никонова » 06 ноя 2014, 01:03

Церковь в Илове была деревянной.До 1960 года в ней размещалась восьмилетняя школа.Я успела проучится только один год.Потом училась в Дворищах,а жила у старшего брата отца Мальдова Нила Никитича.Он был страстным рыбаком.Озеро Иловец-его любимое место было.
вера никонова
 
Сообщений: 4
Зарегистрирован: 07 апр 2013, 21:19
Откуда: Кашин

Пред.След.

Вернуться в Удомельский р-н

Кто сейчас на форуме

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 2

cron